31.05.2020

«Муж бил старшего сына за мой отказ делать аборт»: история жертвы домашнего насилия

«Муж бил старшего сына за мой отказ делать аборт»: история жертвы домашнего насилия

Корреспондент Proural проверил информацию об увеличении количества семейных конфликтов в период пандемии.

Надежда Колчакова (имя изменено – прим. ред.) живет в уфимской социальной гостиной кризисного центра «Возможность». Она согласилась рассказать свою историю анонимно. Когда Наде было 5 лет, она попала в детский дом. Девочку и ее четырехлетнего брата мать отдала, потому что не имела жилья и поддержки. Но полный отказ от детей не оформляла, поэтому Надежда считалась социальной сиротой. В 14 лет она вернулась к матери, а в 16 сама родила дочь.

— Я не имела понятия, как жить. В приюте все было по расписанию, а дома я не могла привыкнуть. Вот и забеременела. Мама меня поддерживала, помогала, но я так хотела семью, что вышла замуж за первого, кто меня позвал, — вспоминает Надежда Колчакова.

В браке было непросто. Надя никогда не видела семейной жизни, не знала, что можно, что нельзя. Побои и пьянство мужа воспринимала как должное. Позднее родился мальчик. Но неожиданно супруг потерял работу и ушел в глубокий запой. Дома не было даже крошки еды. Однажды уставшие от криков соседи вызвали полицию, и детей увезли в приют. dsSwAguRHMI1.jpg
— И тут я прозрела! Поняла, что повторяю историю своей мамы, что мои дети тоже будут расти в детском доме. Это было ударом. Нет, мне в детдоме было хорошо. У нас были прекрасные воспитатели. Но я не хочу, чтобы мои дети были там, не хочу, чтобы они испытали то же. Я не умею строить семью, но простила свою маму. Мои дети будут со мной, — женщина плачет, когда рассказывает этот отрывок своей биографии.

Надежда ушла от мужа. Нашла работу, сняла квартиру и, самое главное, забрала детей. Позднее в ее жизни вновь появился мужчина. Они поженились, казалось, что жизнь налаживается. Но женщина забеременела третьим ребенком. Муж этому совсем не обрадовался. За отказ делать аборт начал на глазах Нади бить ее сына. Беременной с двумя детьми пришлось бежать из дома.

Так Надежда попала в соцгостиную. У нее родилась девочка, старших детей сотрудники организации помогли устроить в школу. Молодая мама любит готовить, поддерживает чистоту, но иногда плачет.

— Детдом – это неплохо. Я там выросла, но не знаю, как любить, не знаю, что можно в семье, что нельзя. Думала, это нормально, когда тебя унижают. Не хочу, чтобы мои дети чувствовали то же самое. Я сделаю все, чтобы они не были социальными сиротами, — сказала Надежда Колчакова.
45b75063718fca4ea9c5ed121332826b.jpg
Подобных историй в регионе и в целом по России, к сожалению, очень много. Как сообщалось ранее, по информации генерального секретаря ООН после повсеместного введения режима самоизоляции из-за пандемии коронавируса количество обращений от пострадавших от домашнего насилия увеличилось на 24%. С этой статистикой не согласилась депутат Госдумы из Башкирии Инга Юмашева. Она и ее коллеги-парламентарии Николай Земцов, Владимир Крупенников и Виталий Милонов попросили проверить сведения генерального прокурора России.

Журналисты Proural решили узнать о ситуации в регионе у тех, кто принимает непосредственное участие в оказании помощи женщинам. Директор некоммерческой организации «Общества помощи детям «Возможность» Наталья Слободян согласилась на интервью. Она более 20 лет работает семейным консультантом.
RBLwNHUfroM.jpg
— Наша организация оказывает системную комплексную помощь семье. Если нужно убежище после насилия – это экстренная помощь с размещением в приюте. На время, необходимое для восстановления ресурсов и поиска выхода из сложившейся ситуации. Далее семья поступает на сопровождение, нами создано терапевтическое сообщество, в котором люди получают поддержку, и могут сами помогать. Это проекты «Киноутро» для мам в декрете, настольные игры, летние смены, семейные клубы, тренинги, мастер-классы и другие, — рассказывает Наталья Слободян.

Приют открыт с 2014 года. Причины размещения в нем разные. Около 40% женщин пережили насилие, остальные на период трудной ситуации – отсутствие жилья, отсутствие поддержки близких, потерю супруга, угрозы изъятия детей.

— Реальная опасность угрожает 20-30% обращающихся к нам. Обычно звонят после очередной ссоры и хотят проучить насильника, уйти к нам в приют, чтоб он «помучился». Мы в такие игры не играем. Предлагаем помощь семейного психолога, но не берем на проживание, берем на сопровождение и поддержку. К нам не звонят в момент угрозы жизни. Представьте себе ситуацию: насильник избивает жертву, а она ищет телефон доверия АНО «Возможность». В такие моменты звонят в полицию. А нас находят когда нужна помощь по выходу из ситуации. Мы рассказываем женщине алгоритм ухода, сборов. Важно убедиться в том, чтобы, когда она решила покинуть дом, ей не угрожала еще большая опасность. Подсказываем, как спрятать документы и необходимые вещи, однако говорим о том, что если вдруг наступает момент агрессии, лучше убегать без документов и без вещей. Выясняем, кто в окружении женщины может быть защитой, и не будет ли им тоже угрожать опасность, — рассказала консультант.
domestic-violence-web.jpg
Наталья Слободян сообщила, что количество звонков от жертв с марта 2020 года не увеличилось. По ее мнению, изоляция лишь вскрыла в семьях проблемы, которые в них уже были.

— Живут люди в браке более 10 лет. Нормальные отношения, отработаны навыки договариваться, есть уважение, время от времени конструктивное выяснение отношений. И тут – изоляция. И муж такой: «А давай-ка я побью жену».Странно, да? Навыки договариваться не ушли, если семья вошла в изоляцию с умением успешных решений конфликтов, так и будет. А вот те, кто в зависимых отношениях, тем непросто. Однако у них и до изоляции было сложно. По радио слышала, как во время изоляции некоторые пары развелись, потому что обнаружилось наличие любовников, которых стало труднее скрывать, — улыбается директор.

Также Наталья Слободян выразила мнение, что работающих законов в Российской Федерации хватает. Однако их нужно обязательно доносить до населения, объяснять людям их права.

— Женщина/мужчина/ребенок подают заявление в полицию о насилии. А потом забирают. Почему? Попросили прощения, угрожали, жертва поверила, решила, что достаточно проучила насильника. Это важный момент, здесь надо подключать психологов, психиатров. Сделать обязательным прохождение семейной терапии, если по показаниям это может помочь. Потому что в семье, где есть насилие, оно само не пройдет. Всегда существует угроза жизни и здоровью. Насильник не изменит поведение, жертва не сможет его перевоспитать. Сохранить жизнь можно только не оставляя без внимания такие заявления, — высказалась Наталья Слободян.

автор: Екатерина Тарасова

фото: соцсети, news.liga.net, apokrif.media, renarko.center, thirdforcenews.org.uk

просмотры: 10037

Теги: Уфа домашнее насилие социальные гостиницы увеличение жертвы пандемия

Комментарии (0)

Добавить комментарий
Загрузка...

РЕКОМЕНДУЕМЫЕ НОВОСТИ

Общество



подписка

Получать подборку новостей на Вашу почту

Адрес издателя ООО "Уральский проект":
г. Уфа, ул. Софьи Перовской, 11/2 оф.2
Адрес редакции: г. Уфа, ул. Коммунистическая 39
Главный редактор Мингазов Линар Аксянович