19 марта 2017 г.

Где можно заработать больше - в SMM или в нефтянке: интервью с основателями коммуникационного агентства в Уфе

Где можно заработать больше - в SMM или в нефтянке: интервью с основателями коммуникационного агентства в Уфе

Ренат Янбеков и Екатерина Ларионова отрыли в столице республики коммуникационное агентство «NERPA», об успехах которого сейчас известно не только в Уфе, но и за пределами Башкирии. Журналисту proural молодые люди рассказали об идее создания организации, занимающейся продвижением в соцсетях с помощью коммуникационных стратегий, и о популярности брендов, для названий которых используется латиница.

Расскажите о своем образовании, оно как-то повлияло на выбор направления, в котором вы стали работать?

- С этим делом у нас интересно получилось — оба «технари». Екатерина по образованию «Инженер по безопасности технологических процессов и производств», а я физик по специальности «Физика Земли и планет».

Оба успешно работали на производстве, Екатерина - в аэронавигации, а я - в нефтянке на Севере. И оба независимо друг от друга решили осознанно прийти в рекламу, уехать из Сибири в места «потеплее». Поначалу была финансовая просадка, зато сейчас на волне подъема рынка чувствуем себя комфортно и ни о чем не жалеем.

Кэт всегда увлекалась «социальной инженерией» — теорией и практикой управления людьми, влияния на массы. Это помогает ей сейчас в настройке таргетированной рекламы и при переговорах. А я в рекламе удовлетворил свои творческие потребности — отвечаю за креатив, яркость и «вот это вот всё».

Вообще, в нашей сфере деятельности важны личностные качества, а не диплом. А технарское прошлое — это хороший личный опыт и прекрасный «бэкграунд». Иногда в сложные периоды работы вспоминаю, как не спал 12 суток на аварийной скважине в Приобье, и стресс как рукой снимает.

Как у вас появилась идея создать коммуникационное агентство? Сколько человек сейчас работает в нем?

- Сейчас в агентстве постоянно работает семь человек, включая нас. Когда-то мы начали работать вдвоем и поначалу «держали в секрете» друг от друга своих соисполнителей, затем все перезнакомились и зажили дружной семьей. По-другому в рекламе нельзя.

С заказчиками общаемся только мы двое, мы же берем на себя всю организационную и документарную работу. Это уберегает наших исполнителей от менеджмента и лишнего общения, они занимаются только своим делом.

Тот момент, когда я начну заниматься только юридическими вопросами и продажами, можно будет считать моей кончиной как специалиста. Я этого допустить не могу, поэтому буду работать «руками» как можно дольше.

В 2015-2016 годах рынок диджитал-рекламы сильно изменился, ушла лишняя шелуха, рекламные инструменты стали совершеннее, а вот проблемы общения бренда с потребителями не только осталась, но и значительно усугубилась — внимание пользователей размыто, пользователи пресыщены контентом. Надо подходить к вещанию от имени бренда очень ответственно, продумывать стратегию коммуникаций, внедрять ее. Это и стало нашей работой. Сначала — стратегия, потом — креатив, продажи, трафик. Другая проблема рынка: многие учатся по старым статьям и не понимают, что принципы продвижения изменились. Например, мало кто понимает, что сейчас бренду в социальных сетях надо публиковать меньше материалов, так как количество публикаций не влияет на охват. А вот охват надо увеличивать, причем не за счет подписчиков, а за счет промотирования постов. Всему этому надо учить рынок, и для этого в нем появились мы.

Почему такое название - «NERPA»?

- Мы легко придумываем названия для проектов наших клиентов, а вот для себя придумывать тяжеловато. Не придумывалось, и все! Тогда я махнул рукой и написал ВКонтакте своему другу Роману: «Придумай название для моего нового агентства». В ответ пришло одно слово: «Нерпа». Не знаю, откуда он это взял, но мы с Екатериной переглянулись и сказали: «Оно».

Друзья подшучивают, присылают нам фотографии нерп. Ну, и называют нас в тусовке «нерпами», нам нравится.

Еще один вопрос в тему о названии: почему использование латиницы так популярно для названий брендов? Мы же все-таки в России.

- Как раз напротив — в России любят англицизмы, а английский язык на уровне «умею читать» — у 90% населения. Главное, чтобы слово было простое и понятное, как nerpa. А еще мы планируем работать с зарубежными клиентами.

Насколько выгодно заниматься тем делом, которое вы выбрали, чем работать в аэронавигационной или нефтяной сфере?

- Однозначно не ответить. И там, и там нет сверхприбылей, если ты не на высокой должности, в каждой сфере надо «пробиваться». Екатерина работала на очень ответственной работе, с громадной нагрузкой, но зарплатой была недовольна, по ее словам, в Кемерово «потолок» зарплаты был просто смешной, так что в рекламе ей сразу стало лучше. У меня в нефтянке был высокий оклад, к размеру которого я после увольнения возвращался довольно долго.

Выгоды у нас несколько иного плана: это возможность работать в любой точке Земли, не нужно ездить в офис и стоять в пробках. То же самое касается наших сотрудников. Наши работники из регионов зарабатывают в среднем 40000 в месяц, и это сидя дома за компьютером. Но есть и минусы — надо быть в коммуникации по 12 часов в день, не всем это подходит.

Сколько можно зарабатывать, владея коммуникационным агентством?

- У каждого из нас выходит около 100000 в месяц, очень много вкладываем в развитие личных проектов и в развитие бизнеса. Слетать в Уфу, пожить в отеле, заплатить за участие в форуме, заплатить за обед в ресторане — это ведь всё за свой счет. Не говоря об оплате сервисов, программного обеспечения и т.д.

Владелец коммуникационного агентства может зарабатывать миллионы, если в его портфолио регулярное сотрудничество с крупными брендами первого эшелона, либо у него просто очень много средних клиентов.

Планы по развитию простые: выигрывать больше тендеров, получить больше клиентов, довести личные проекты до уровня окупаемости.

Многие стремятся уехать из Башкирии, веря в то, что большие деньги в Москве и других городах, но никак не здесь. Что вы думаете об этом?

- Многие из уехавших оказались правы, потому что ехали на конкретные должности, на которых им предложили зарплату выше, чем в Уфе. Все, кто уезжает на конкретную работу, в особенности, если их туда пригласили — довольны и остаются в столице надолго. А вот те, кто уехали просто так, потому что «там лучше» — как правило, болтаются год-два на непонятных работах и возвращаются.

У меня никогда не было мысли «свалить». Просто наступил новый этап жизни, знакомство и сотрудничество с Екатериной, переезд в Подмосковье и участие в московских мероприятиях. Все произошло в нужный момент, когда я сделал себе имя как специалист.

Что касается специфики нашего бизнеса — мы работаем по всей России. Когда я жил в Уфе, все мои клиенты были «федералами» из Москвы и Петербурга. Рынка коммуникационных услуг и продвижения в соцсетях в Уфе тогда толком не было. Первые уфимские клиенты появились сразу после отъезда. Сейчас я приезжаю в Уфу и работаю с ней осмысленно, сотрудничаю не только с коммерческими брендами, но и занимаюсь общественной деятельностью: помогаю молодым коллегам найти себя в этой работе и делать ее хорошо, помогаю продвигать бренд Республики Башкортостан. Сейчас наша республика готовится к доработке и реализации «Стратегии развития Башкортостана 2030», услуги грамотного коммуникационного продвижения ей жизненно необходимы. Если республика вновь привлечет к работе пару пиарщиков и не сделает грамотных целевых охватов в социальных сетях, работа по позиционированию пройдет насмарку. Пиарщики хорошо работают со СМИ, но упускают из виду соцсети (им, конечно, кажется, что не упускают, но это только кажется).

Екатерина Старостина
1381 Оценить новость:  4  1
Отправить