• 24 июня 3:17
  • 0 °C
  • USD 60,14

    0.15

  • EUR 67,14

    0.35

23.12.2016

Была бы компания: юристы раскрыли уголовные риски для бизнеса

Была бы компания: юристы раскрыли уголовные риски для бизнеса

По подсчетам сопредседателя "Деловой России" Андрея Назарова, в России ежегодно возбуждается более 200 000 уголовных дел по экономическим составам УК. Обычно возбуждения уголовного дела против "первого лица" компании достаточно для того, чтобы привести фирму к разорению, а ее сотрудников – к необходимости поиска другого места работы. Чтобы избежать такого сценария, нужно своевременно выявлять уголовно-правовые риски и хеджировать их.

"Рост уголовных рисков для бизнесменов связан с повышенной и, к сожалению, далеко не всегда оправданной активностью правоохранительных органов", – считает адвокат, партнер адвокатского бюро "Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры" Андрей Гривцов. "Иногда работники следственного комитета и полиции трактуют неисполнение обязательств, носящее гражданско-правовой характер, как преступление, в том числе по "заказу" конкурентов", – выражает свою точку зрения адвокат BGP Litigation Георгий Баганов. "Подавляющее большинство уголовных дел, заведенных на "первых лиц" компаний, – заказные. Если задаться целью и начать "копать", то собрать достаточный объем информации, который потянет на уголовное дело, можно в отношении практически любого юрлица", – считает генеральный директор юридической компании URVISTA Алексей Петропольский.

Актуальные риски для бизнеса

Все юристы сошлись во мнении, что наиболее актуальным уголовным риском для бизнеса является ст. 159 УК "Мошенничество", сообщает pravo.ru. Баганов считает, что дела по мошенничеству очень популярны из-за "резинового" характера предусмотренных в ст. 159 УК предписаний: "Это не раз приводило к случаям на грани абсурда, когда, например, выполненные не до конца работы для госоргана полностью оплачивались, несмотря на незавершенность, поскольку заказчику необходимо было освоить годовой бюджет. После этого комиссионная проверка устанавливала фактическое невыполнение оплаченных работ, и в отношении предпринимателя возбуждалось уголовное дело за получение денег "обманным" путем, несмотря на продолжающиеся работы и близкое завершение проекта". С экспертом согласился руководитель группы в практике по разрешению споров Goltsblat BLP Дмитрий Горбунов: "Правоохранители всё, что можно, подводят под ст. 159 УК. В удобных для себя ситуациях следователи переквалифицируют обвинение на более тяжкое". "На практике весьма часто дела из гражданско-правовых отношений ошибочно квалифицируются как мошенничество (ст. 159 УК) или злоупотребление полномочиями (ст. 201 УК). Речь идет в основном о действиях, связанных с неисполнением или частичным неисполнением договорных обязательств. Весьма распространены случаи возбуждения уголовных дел о мошенничестве и при получении банковских кредитов, которые по тем или иным причинам не возвращаются", – заявил Гривцов из АБ "Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры". "В настоящее время к главным уголовным рискам при осуществлении предпринимательской деятельности следует отнести рейдерский захват имущества, который осуществляется, как правило, в форме мошенничества (ст. 159 УК) либо вымогательства (ст. 163 УК). Как ни банально это выглядит – все криминальные экономические истории связаны с переделом собственности", – считает председатель МКА "Горелик и партнеры" Владимир Горелик.

Однако помимо мошенничества есть целый ряд других "популярных" среди бизнесменов составов преступений. "Нельзя обойти вниманием и следующие статьи УК, активно используемые рейдерами в процессе захвата чужой собственности – ст. 327 УК ("Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов, штампов, печатей, бланков"), ст. 171 УК ("Незаконное предпринимательство"), ст. 160 УК ("Присвоение или растрата") и ст. 172 УК ("Незаконная банковская деятельность")", – перечислил уголовно-правовые риски адвокат Виктор Наумов. "Также для предпринимателей актуален вопрос об уголовной ответственности по ст. 238 УК ("Производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности"). Под указанный состав преступления подходит огромное количество ситуаций, в том числе и те, когда предприниматель должен был проконтролировать оказание услуги (например, своевременное обслуживание оборудования) или проверить контрагента, поставляющего сырьё для изготовления продукта, однако в связи с допущенной халатностью делать этого не стал", – рассказал адвокат Николай Яшин. "Преднамеренное банкротство (ст. 196 УК) сейчас тоже встречается довольно часто", – заметил член Генерального совета "Деловой России", управляющий партнер юридической компании "ЭНСО" Алексей Головченко. "В связи со сложившейся практикой ведения бизнеса, построением холдинговых структур и организацией финансирования актуальные риски представляет ст. 173.1 УК ("Незаконное образование, создание, реорганизация юрлица"), ст. 174 УК ("Легализация денежных средств или иного имущества, приобретенных другими лицами преступным путем"), ст. 178 УК ("Ограничение конкуренции"), ст. 185.2 УК ("Нарушение порядка учета прав на ценные бумаги")", – перечислил юрист Eterna Law Евгений Степин. "Мы наблюдаем резкий рост когда-то столь редких дел об уклонении от уплаты налогов (ст. 199 УК), фиктивном банкротстве (ст. 197 УК) и неправомерных действиях при банкротстве (ст. 195 УК). Активно применяется на практике и недавно введенная в УК статья о фальсификации финансовых документов и отчетности финансовой организации (ст. 172.1 УК)", – заявил Гривцов. "Зачастую следствие использует ст. 210 УК ("Организация преступного сообщества"): по мысли законодателя предназначенная для борьбы с организованной преступностью, она фактически применяется в том числе и в отношении предпринимателей и чиновников. Причем если у предпринимателя в компании есть бухгалтер и, скажем, уборщица, то это уже готовый состав преступной группы – ведь "действует" он уже не в одиночку", – объяснил Назаров.

Источники уголовных рисков

В качестве источников уголовно-правовых рисков для бизнеса могут выступать:

государство – при получении компанией госзаказов, участии в конкурсах, использовании госсобственности и бюджетных средств;

конкуренты – в случае недобросовестной конкуренции, рейдерстве;

контрагенты – если они не исполняют свои обязательства или являются недобросовестными налогоплательщиками;

банки – при возвращении кредитов, захвате заложенных активов;

персонал – при несоблюдении фирмой трудового законодательства, в особенности при увольнении;

партнеры – при возникновении внутрикорпоративных конфликтов.

Адвокат МКА "Князев и партнеры" Владимир Китсинг сообщил, что уголовные дела в отношении бизнесменов часто являются результатом внутрикорпоративных конфликтов, когда компаньоны не могут договориться: "У кого-то из них находится одноклассник, который стал следователем, или проверенный знакомый друга в правоохранительных органах, который возбуждает дело в интересах обратившегося". Китсинг предупредил, что в 9 из 10 случаев такое "решение вопроса" выходит из-под контроля, и результат его может оказаться самым непредсказуемым для любой из сторон конфликта. Также эксперт добавил, что уголовное дело может служить результатом недобросовестной конкуренции, когда хотят отобрать бизнес и собственнику делают предложение, "от которого нельзя отказаться".

Петропольский из URVISTA рассказал следующий случай из практики, когда учредитель бизнеса решил с помощью уголовного дела заставить своего партнера "отойти от дел": "Этот учредитель сообщил в следственные органы о том, что его партнер якобы подделал документы для получения компанией кредита, в которых содержалась недостоверная информация о балансе – он был завышен. И это, несмотря на тот факт, что данная операция производилась с их общего согласия и в интересах компании. В результате на неугодного партнера завели уголовное дело, поместили его под домашний арест, а в это время другой партнер забрал его долю в компании, обанкротил ее и вывел активы на 1 млрд руб. Бизнес, выстраиваемый годами, "похоронен", а его бывший собственник является фигурантом уголовного дела и может угодить в тюрьму".

Старший партнер Maalouf Ashford & Talbot, адвокат Максим Тафинцев предостерег: надо быть готовым, что завтра любой из ваших сотрудников сообщит о проблемах в компании правоохранительным органам: "Часто так бывает: вроде работаешь с людьми по 10 лет вместе, а потом выясняешь, сколько всего они наговорили о тебе следователю".

Хеджирование рисков

Для того чтобы минимизировать возможные уголовные риски, компании занимаются их хеджированием (от англ. hedging – страховка, гарантия). Хеджирование – это способ управления рисками, заключающийся в принятии мер по страхованию от возможных потерь. Хеджировать уголовно-правовые риски компания можно самостоятельно либо путем привлечения уголовных консультантов. Последние делятся на специалистов в области защиты (которые выявляют и устраняют риски для бизнеса) и на "атакующих" юристов (которые "проверяют на прочность" обновленную систему правовой безопасности фирмы). Кстати, при поиске уголовных консультантов имеет смысл отдать предпочтение человеку со статусом адвоката. Адвокат имеет право направлять обязательные для исполнения запросы, а также связан адвокатской тайной – за разглашение сведений, полученных от клиента, он может быть привлечен к ответственности вплоть до лишения статуса. "В нашем Адвокатском бюро количество обращений за письменными правовыми заключениями о возможных рисках за последний год сильно возросло", – рассказал Гривцов.

Обычно оценка вероятности уголовных рисков для бизнеса начинается с анализа их возможных источников. В первую очередь надо обратить внимание на внутрикорпоративные отношения (защищенность интересов собственников и их активов, наличие конфликтов), взаимоотношения с конкурентами и государством. Использование компанией госсредств, минимизация налогообложения – дополнительные факторы риска. При анализе трудовых отношений заслуживают внимания вопросы лояльности работников, корректности увольнений, соблюдения коммерческой тайны. Во время проверки контрагентов выявляются недобросовестные участники рынка, в том числе недобросовестные налогоплательщики.

После выявления и анализа рисков проводится работа по их снижению. Это возможно путем совершения определенных защитительных действий (например, внесения изменений в документацию и текущую деятельность компании) либо, наоборот, прекращения некоторых действий (например, отказ от переговоров с конкретным контрагентом). При снижении рисков необходимо принять меры, направленные на исключение разглашения информации о них. "На сегодняшний день полностью обезопасить себя от всех уголовных рисков невозможно. Но реально минимизировать их. Во-первых, необходимо следить за обновлениями законодательства и судебной практики. Во-вторых, для того чтобы понимать, какие схемы применять более-менее безопасно, а от каких лучше воздержаться, нужны компетентные советы специалистов. Подписание любых договоров в ходе текущей операционной деятельности также должно иметь юридическое сопровождение. Опытный юрист расскажет обо всех возможных последствиях этого шага. Наконец, важно обеспечить конфиденциальность инсайдерской информации, которая гипотетически может заинтересовать правоохранительные структуры", – инструктирует Петропольский. "Для минимизации возможных рисков привлечения к уголовной ответственности следует на стадии планирования каких-либо сложных проектов в сфере экономической деятельности (построение холдинговых структур, совершение значительных сделок, организация финансирования, выстраивание корпоративного управления, достижение соглашений с конкурентами, и т. д.) обратиться за профессиональной консультацией. Не стоит полагаться только на опыт штатных юристов – должны быть задействованы специалисты в различных отраслях права", – добавляет Степин. А Партнёр АБ "Забейда, Касаткин, Саушкин и партнеры" Денис Саушкин призвал владельцев компаний быть аккуратнее с заключениями независимых консультантов-аудиторов: "Если следователи узнают, что вас предупреждали о конкретных рисках в деятельности компании, то выявленные нарушения будут квалифицированы как умысел". Юрист прогнозирует, что количество таких дел в ближайшем будущем только возрастет, поэтому он советует предпринимателям внимательнее относиться ко всей документации по отношениям с контрагентами и хранить ее как можно дольше.

Ответственность юрлица

За некоторые преступления сотрудников может быть наказано и юрлицо. Так, ст. 19.28 КоАП ("Незаконное вознаграждение от имени юридического лица") устанавливает самостоятельную ответственность организации за незаконные передачу, предложение или обещание награды в интересах этой организации. Максимальный штраф за это правонарушение – до стократной суммы переданных (обещанных) денежных средств или иного имущества. "На мой взгляд, ст. 19.28 КоАП по причине своей нетипичности, явного заимствования из других правопорядков и отсутствия гармонизации с российским законодательством являет собой главный риск для юридических лиц. Мы постоянно занимаемся анализом практики ее применения", – рассказал партнёр АБ "Коблев и партнёры" Сергей Гришанов. "Эта норма существует уже давно, но активно применять ее стали только последние два года и в основном в регионах", – подтвердил управляющий партнер адвокатского бюро "Коблев и партнеры" Руслан Коблев.

Действительно, суды регулярно рассматривают дела о незаконном вознаграждении от имени юрлица. 15 ноября 2016 года Энгельсский районный суд Саратовской области подтвердил законность привлечения общества к административной ответственности по ст. 19.28 КоАП в виде штрафа в размере 1 млн руб. Поводом к этому послужила передача директором общества 290 000 руб. другому обществу, выполняющему управленческие функции (решение Энгельсского районного суда Саратовской области от 15.11.2016 года по делу № 12-357/2016). 9 ноября 2016 года Центральный районный суд г. Волгограда согласился с нижестоящей инстанцией о назначении юрлицу административного наказания в виде штрафа в размере 20 млн руб. за то, что его генеральный директор передал сотруднику налоговой инспекции взятку в размере 1 млн руб. (решение Центрального районного суда г. Волгограда от 09.11.2016 года по делу № 12-1070/2016). 3 ноября 2016 года Железнодорожный районный суд г. Хабаровска оставил без изменения жалобу на решение суда о привлечении юрлица к ответственности по ч. 1 ст. 19.28 КоАП с наложением штрафа в размере 500 000 руб. В этом деле фигурировала взятка главному инженеру сетевого района в размере 20 000 руб. за ускорение процедуры присоединения объекта строительства к источнику электрической энергии (решение Железнодорожного районного суда г. Хабаровска от 03.11.2016 года по делу № 12-844/2016).

Руслан Коблев рассказал про случай из своей практики: "У нас в производстве находится дело о взятке, переданной бывшим сотрудникам ФСБ за прекращение проверки, в размере $ 500 000. В случае осуждения подсудимого после вступления приговора в законную силу компании может грозить административный штраф по ст. 19.28 КоАП в размере до $50 млн. Составов правонарушений, которые предусматривали бы сопоставимый по сумме размер штрафа, в КоАП нет".

Депутат Госдумы Александр Ремезков и вовсе предложил ввести уголовную ответственность юрлиц за целый спектр преступлений – от торговли людьми до дачи взятки. Сейчас соответствующий законопроект ожидает первого чтения. В случае его принятия юрлиц ждут такие наказания, как предупреждение, штраф, лишение лицензии, квоты, преференций или льгот, лишение права заниматься определенным видом деятельности, запрет на осуществление деятельности на территории России и принудительная ликвидация. Предполагается, что юрлицо даже будет иметь судимость, которую можно погасить спустя определенное время.

Последствия для сотрудников юрлица

Как сообщил Владимир Путин во время Ежегодного послания Федеральному Собранию в 2015 году, лишь 15% экономических дел заканчиваются приговорами. При этом большую часть подозреваемых бизнесменов суд заключает под стражу. На 1 февраля 2016 года число лиц, находящихся в СИЗО по экономическим статьям (на этапе дознания, следствия и суда – до вынесения приговора), составило 6539 человек, а под домашним арестом – только 2831 человек. И это на фоне следующих слов Владимира Путина, обращенных Федеральному Собранию: "Полагаю, что в ходе следствия по экономическим составам помещение под стражу нужно использовать как крайнюю меру, а применять залог, подписку о невыезде, домашний арест".

"Самым распространенным риском для предпринимателя является риск избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу. Устоявшаяся судебная практика свидетельствует о крайне низком стандарте доказывания факта наличия оснований для такого заключения. На моей памяти ни разу следователь не представлял конкретных доказательств существования намерений или попыток обвиняемого или подозреваемого скрыться, уничтожить доказательства или продолжить преступную деятельность, а мотивировка необходимости избрания меры пресечения сводилась к копированию нормы ст. 108 УПК", – рассказал Гришанов.

Не так давно Пленум ВС в очередной раз разъяснил, что при отсутствии обстоятельств, перечисленных в УПК, заключать под стражу подозреваемых и обвиняемых по экономическим преступлениям запрещено. При наличии таких обстоятельств суд обязан в каждом случае обсуждать возможность применения более мягкой меры пресечения (Постановление Пленума ВС от 15.11.2016 года N 48 "О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности"). "Несмотря на ажиотаж, это Постановление не изменит сформированного тренда, поскольку ни прямая норма УПК, ни такое же постановление, принятое в 2013 году, не смогли убедить суды отказаться от формального подхода. Кроме того, лучшим подтверждением декларативности очередного запрета ВС арестовывать предпринимателей являются отказы ВС признать незаконным избрание меры пресечения в виде заключения под стражу Евгения Дода и Дмитрия Финкеля, бывших топ-менеджеров "Русгидро", ровно в момент обсуждения Пленумом окончательного текста постановления, исключающего возможность заключения под стражу по вменяемым им основаниям", – высказался Гришанов.

Во исполнение поручения Владимира Путина об ослаблении давления на бизнес Уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов разработал законопроект об ужесточении ответственности за незаконное уголовное преследование предпринимателей. Документ предусматривает лишение свободы на срок от пяти до 10 лет для сотрудников правоохранительных органов, незаконно возбудивших уголовное дело в целях воспрепятствования предпринимательской деятельности либо из корыстной или иной личной заинтересованности. При этом возбужденное дело должно повлечь прекращение предпринимательской деятельности или причинение предпринимателю ущерба на сумму более 1,5 млн руб. Законопроект уже принят Госдумой в третьем чтении и ожидает подписания Президентом.

А правила о материальной ответственности сотрудников юрлица за долги по налогам компании вступили в силу 30 ноября 2016 года (Федеральный закон от 30 ноября 2016 года N 401-ФЗ). Речь идёт об абз. 8 и 9 пп. 2 п. 2 ст. 45 НК. Теперь в случае образования у компании налоговой задолженности недостающие деньги могут быть взысканы с любого аффилированного с этой компанией физического лица. Как комментируют нововведения юристы компании "Туров и Партнеры", если у неплательщика недостаточно средств, чтобы заплатить по счетам, теперь под прицел налоговиков могут попасть его родственники, бухгалтеры, финансовые директора и иные лица, признанные судом зависимыми с налогоплательщиками.

автор: Лилия Ларина

просмотры: 933

Теги: Андрей Назаров бизнес уголовное дело

Комментарии (0)

Добавить комментарий

подписка

Получать подборку новостей на Вашу почту

Свидетельство о регистрации СМИ,
ПИ № ТУ02-01580 от 03 февраля 2017 года
выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи,
информационных технологий и массовых коммуникаций
(Роскомнадзор)